– Да, думаю, этого вполне достаточно, – согласился с ним Рук.

– Что ты можешь ответить на это? – обратился Спайсер к угрюмо молчавшему Уизу.

Тот медленно встал и сделал несколько шагов к судейскому столу. Затем он брезгливо смерил взглядом Рука и его сторонников, дав понять, что считает их безнадежными неудачниками, и повернулся к судьям:

– А где же доказательства? Где хоть какое-нибудь подтверждение этим гнусным измышлениям?

Судья Спайсер опустил голову и стал ждать помощи от своих коллег. В свое время он был всего лишь мировым судьей и не имел достаточно большой практики судебных разбирательств, да и полноценным юридическим образованием не мог похвастаться. Более того, он даже среднюю школу бросил и в течение почти двадцати лет работал в сельском магазине своего отца. Именно эта работа дала ему возможность обзавестись полезными знакомствами и обеспечить себя голосами на выборах мирового судьи. Во всех же судебных делах он полагался исключительно на присущее ему чувство здравого смысла, которое, как известно, не всегда соответствует духу и букве закона. Что же касается юридической теории и практики, то подобные мелочи он успешно перекладывал на плечи своих непосредственных помощников и коллег.

– Это зависит от того, как мы к этому отнесемся, – глубокомысленно заметил судья Бич, с готовностью приступивший к излюбленной процедуре состязания с обвиняемым.

– Как ни относись, – поспешил заверить его Уиз, – а четких и ясных доказательств моей вины здесь никто не предъявил.

– Но они существуют, не так ли? – не унимался судья.

– Вы имеете в виду доказательства несомненные и бесспорные? – решил уточнить обвиняемый.

– Разумеется.

– То есть наличие доказательств более веских, чем те, что были здесь представлены?